Закрыть
У вас все дома, или как Божена Рынска покупала квартиру
08.12.2015

У вас все дома, или как Божена Рынска покупала квартиру

Автор: Божена Рынска
Фото: kinipoisk.ru  
Нет времени на весь текст?
ЧИТАЙТЕ СПОЙЛЕР

Божена Рынска пытается купить квартиру своей мечты в ЦАО, попутно знакомится со всеми психопатами округа, узнает о махинациях компании «Инком», хамстве агентов и интересных развлечениях московских пенсионеров.

Обсудить статью
читайте также
Где съесть отличный стейк в Москве? Главные ресторанные события первой половины ноября Божена Рынска о том самом скандале на Патриках Вкусный декабрь в ресторанах Москвы ТЕСТ: Вы с Москвы будете? Божена Рынска об ужасах женского алкоголизма Выходные будут длинными: где поесть, выпить и немного повеселиться? 9 крутых и бесплатных летних тренировок в Москве Где пообедать в Москве как настоящий китаец Места знать надо: 3 новых ресторана с упором на локальную кухню Сообразили на двоих: ужин в винном баре Wino Женщина на час: лучшие онлайн-сервисы для маникюра дома 8 мест, где можно хорошо провести время (помимо Патриков) Самое вкусное в ресторанах Москвы: черная курица, витаминные чаи и мясо Чем заняться в выходные, если вы не отмечаете Хэллоуин? Ликбез: лучшие архитекторы Москвы Сергей Ерошенко и Юрий Рожков о новой русской кухне, санкциях и гуру кулинарии Виртуальная реальность, Париж и книги: чем заняться в выходные в Москве? Саша Сутормина — о собратьях по перу, столичных гастрокритиках Громкие открытия, веселые праздники и согревающие напитки в ресторанах Москвы Как провести вторые майские в Москве Это случится: встреча игроков в Pokemon GO и другие события выходных Куда пойти в выходные, если сносит крышу Где похмелиться, поесть и снова выпить в Москве на праздниках? Как провести выходные изящно Осенние открытия, зажигательные концерты и немного алкоголя Где поесть вкусные бургеры в Москве? Автора! Кто переделал Триумфальную площадь и кто оформляет витрины ЦУМа? Самые вкусные и креативные коктейли в Москве: где искать 5 новых мест в Москве, где вам нужно немедленно выпить

Квартирный вопрос коснулся и нашего светского обозревателя. Божена Рынска погрузилась в сказочный мир элитной недвижимости города Москвы: разведала всю правду о кооперативе «Работник Льноторга», обезвредила главных антисемитов системы и вывела на чистую воду даму по кличке Анна Каренина.

Лучший подарок к сорокалетию любимой женщины – квартира. Так решил муж, и в декабре прошлого года, накануне юбилея, я приступила к поискам жилья. На вверенную сумму – чуть меньше миллиона долларов – я вполне могла рассчитывать на что-то престижное в центре, с фонтаном и садом.

К счастью, именно в прошлом декабре ситуация на московском рынке недвижимости в корне изменилась. Это раньше в столице распила все улетало со свистом, а покупателя не ставили в грош. С Крымнашим и падением нефти даже на Остоженке и Патриарших воцарился диктат покупателя. Цены рухнули, опустившись в полтора раза. Кто сидел в кеше, не хотел ничего покупать вообще. А чиновники, по своему обыкновению, пытались квартиру не купить, а намутить. Казалось бы, ходи себе, как лиса по курятнику, приценивайся, торгуйся. Хаты сами будут запрыгивать тебе в рот, как вареники к пузатому Пацюку. Но... дуля с маслом! Поиски жилья длились полгода. Этот опыт я буду вспоминать с содроганием до конца своих дней. 

Сразу оговорюсь: покупка дорогой новостройки избавила бы меня от путешествия по кунсткамере, и вы бы не узнали о моей одиссее. Но за элитную квартиру в новом жилье хотели докризисных денег: привыкли к прибыли в три конца, и все тут. Застройщики не догоняли, что прежней жировки не будет уже никогда, и медный таз, о приближении которого так много говорила пятая колонна, грянул. Мне пришлось искать квартиру на вторичном рынке. И эти поиски чуть не привели меня в клинику неврозов. Мой муж, купивший десятки квартир и домов на своем веку, не думал, что такое вообще возможно. 

Опытные подруги предупреждали, что все не так радужно, – гасили энтузиазм. У одной, например, все время срывались сделки. Но тогда, год назад, и рынок был другой – продавца, а не покупателя. Четыре года не могла купить квартиру в центре Питера моя маман, но у нее и денег было мало. Я полагала, что муки ада положены тому, кто разевает рот не на свой каравай – имея миллион, хочет фатеру за полтора. Но я-то адекватно оценивала, какой метр и по какому адресу могу получить за 10 000 долларов! Мне-то весь этот ад за что?! Ведь я же – мечта любого продавца. Кеш и внятность – мое второе имя. 

Как только происходящее в стране перестало лезть в какие-либо ворота, я решила: пусть жулики и воры уезжают, а я останусь – назло. Но познакомившись с центровыми москвичами, потомственными владельцами больших квартир в сталинских и цековских домах, сердцем прочувствовала: «валить» и впрямь «пора». Большинство персонажей, с которыми судьба сводила меня во время квартирной эпопеи, были либо психами, либо редкостными негодяями, либо и тем и другим. Какое там – «не за кого ходить на Сенатскую»! Население надо принудительно кастрировать, чтобы сплав безумия и гнусности не передался следующему поколению. Прогулка по квартировладельцам показала, что страну душевнобольных спасет только «Господь, жги!».

Иванов

Я грезила довоенным сталинским домом. Таджикстрой меня не пленял, а вот в архитектуру тридцатых влюблена много лет. В те годы боялись туберкулеза и потому строили распашные, насквозь проветриваемые квартиры. В них была правильная лепнина – даже после войны такой не делали – пропорции дореволюционной закваски, и все это сообщало привилегированному жилью, всем этим кооперативам «Трудовой химик», «Московский почтовик», «Работник Льноторга» особое обаяние и милоту. И вот я нашла квартиру как раз в таком доме, на Патриарших, с балконом над прудом. Хозяин – милейший Петр Сергеевич Иванов. Интеллигентный, воспитанный. Классический «старый москвич». Человек по имени Петр и по фамилии Иванов работал в «Сохнуте» (международной сионистской организации, которая занимается вопросами образования, связями с общественностью и репатриации в Израиль), и потому мы его прозвали «еврей Иванов». Квартира досталась ему по наследству от тетушки. 

Дело было под новогодние праздники. Я попросила дать мне подумать до 10 января. Иванов сказал, что вообще-то хотел разделаться с этим до Нового года, но осталось два дня, и таки есть смысл дождаться конца зимних каникул. И вдруг 1 января мои Патриаршие исчезают с продажи. Я нервно звоню в агентство «Инком». Представитель заверяет меня, что квартира не продана, все в силе, просто решили не оплачивать объявление в праздники. 

Резонно, решила я, не почуяв подвоха. И, когда праздники закончились, привела на Патрики мужа. Иванов был мил. Мужу все понравилось. Решили брать, о чем и сообщили агенту. Пэтэушница по имени Александра дала телефон своего начальства. Договорились созвониться в понедельник и подписать договор. А в понедельник и агент, и начальство перестали брать трубку. Пришлось показать им зубки по эсэмэс. Девицы, огрызаясь, перезвонили. И заявили, что покупатель не хочет продавать квартиру именно нам – до свиданьица! Обе они были малокультурными хабалками, типичными, как я потом поняла, представительницами риелторского зоопарка. Я закусила удила, вывела конфликт в публичную плоскость, моментально нашла мобильный хозяина «Инкома» и потребовала объяснений. Владелец агентства развел руками – действительно владелец квартиры на Патриарших не хочет продавать именно нам. «И он категорически просил не давать вам свой номер». Я не поверила, и мы с мужем решили на авось приехать прямо в квартиру.

В окнах бывшего кооператива «Работник Льноторга» горел свет. Иванов очень обрадовался. Сказал, что ждал визита, надеясь на нашу сообразительность. И добавил, что просил у «Инкома» наш телефон, но «Инком» отказался связывать нас напрямую. «А зачем сотрудничать с хамами и лгунами?» – поинтересовалась я. «У них все документы на мою квартиру, они их просто не отдадут», – погрустнел наш собеседник. Мы прошли в прекрасную гостиную с камином и видом на пруд. «Видите ли, – начал наш владелец, – я действительно побоялся продавать квартиру именно вам. Предлагал «Инкому» честно рассказать о проблеме, но они не позволили. Дело в том, что в моей квартире есть существенный недостаток. Никому бы я не сказал, но от вас скрывать не решусь. Подо мной живет Сема. Сема – правоверный еврей. Каждый четверг к Семе приходит повариха – готовить к Шаббату. Потом Сема берет пищу и пешком идет в синагогу по соседству. Зачем идти в синагогу со своей едой, загадка. И вот когда Сема готовит, даже соседи, знавшие меня малышом, вместо приветствия спрашивают: «Что за дерьмо ты жаришь?!»

– Надо, – перебиваю, – отвечать: «Во-первых, не дерьмо, а фаршированную рыбу. Во-вторых, не я, а в третьих, вы – антисемит!» 

– Так вот, – продолжил Иванов, – роза ветров в этой квартире совершенно неуловимая. В один четверг воняет в зале. В другой – уже в ванной и в кабинете. Через неделю – в спальне. Поймать, откуда просачиваются миазмы, невозможно. Моя троюродная тетушка из Парижа, которая тоже хочет купить эту квартиру, об этом знает, и ее это не смущает. 

– Проблемы, которые решаются деньгами, настоящие евреи вычеркивают из графы «проблемы» и заносят в графу «расходы», – сказала я. – 10 000 долларов на новую вентиляцию, полный перестил полов, и больше никто ниоткуда не пахнет. 

– Но моя тетушка... 

– Но мы заплатим на три миллиона больше, – дипломатично заметил мой муж, – а тетушка на то и троюродная, чтобы ей можно было отказать. 

– Это верно, – задумчиво молвил Иванов, и в восемь часов вечера мы ударили по рукам. 

А к концу следующего дня на сцену опять вышло агентство «Инком». И заявило, что предоплату у нас не возьмут, договор с нами не подпишут, но к утру следующего дня мы должны привезти в агентство полмиллиона долларов наличкой. Условие было хамским, но я вошла в раж, а муж вошел туда следом за мной. Через три дня наступало мое сорокалетие, и было бы очень эффектно вручить мне ключи от квартиры на Патриарших. 

Тем временем наш инсайдер в «Инкоме» принес на хвосте весть: якобы его шайтан-контора изобрела ноу-хау – давать на подпись нечто, по которому покупатель был бы должен все, а ему – ничего, и эта очевидная разводка называется «новые договора». 

Мы не хотели нанимать риелтора по причине абсолютной бессмысленности этого биологического вида: когда человека из-за никчемности не берут даже в посудомойки, он подается в агенты. («Ведущий объекта» Хасан, например, тыкал пальцем в московскую усадьбу XIX века и утверждал, что это сталинка). Но выкрутасы «Инкома» показали, что без специалиста мы не справимся. И в патовый момент на сцену вышел еще один персонаж. 

Глубокой ночью читатели из ФБ присоветовали мне легенду квартирного бизнеса, юриста и риелтора в одном лице. Легенда, женщина с фигурой родины-матери, связалась с представителями Патриарших и схватилась за голову: «Там же кривое наследство!» Оказалось, что Иванов получил квартиру от неблизкой тетушки с другой фамилией (если у вас есть тетя, и не одна) и с момента вступления в наследство не прошло нужного срока – а значит, могут найтись претенденты-родственники, и тогда нам хана. 

Мы потребовали два дня на проверку безопасности подарка неблизкой тетушки. И сразу же после этого получили эсэмэску от Иванова о том, что все-таки тетушка из Парижа, пусть бы даже и троюродная, – это святое. Видимо, решение продать квартиру родственнице задешево было принято не просто так – она имела право претендовать на часть жилья. 

А с агентством «Инком» мы столкнулись еще раз. Я захотела посмотреть квартиру в послевоенном доме в Малом Левшинском. 

– Она под предоплатой, – отрапортовал наглый юнец Георгий, – но если вы дадите больше, отдам вам. 

– Ну давайте посмотрим. 

– Нет, вы мне сейчас скажите, будете вы брать или нет, а то что мне зря мотаться. 

– Георгий, вы спрашиваете, буду ли я покупать квартиру, не посмотрев? Точно нет. Я не покупаю квартиры вслепую, – одернула я, и юнец Георгий охолонился. 

– Значит, так, – рассвирепел мой муж, – если в объявлении есть слово «Инком», мы квартиру даже не смотрим. Это для нас табу.

Федорино горе

В январе с рынка пропали хорошие квартиры. Как в «Осеннем марафоне»: «Приехали на машинах, ханурики дешевые, и все грибы подмели». Люди пытались сохранить рубли и перед Новым годом скупили все, что было. Остались только безумные расселения. Это когда с одной квартиры старомосковская семья пытается выкроить семь шапок из овцы и еще чтобы денежек осталось. 

Если бы вы знали, сколько нерях проживает на Патриарших и Остоженке! Вот как дал Наркомат путей сообщения дедушке квартиру в 1929 году, так там и гадят все поколения семьи. При входе – старинный резной шкаф. В кухне старые венские стулья. А в туалете вонь, как в привокзальных уборных этих самых путей сообщения. Потолок такого цвета, будто в него мочились из положения лежа. Я, когда вошла, не поняла, что это за желтые хлопья. «А это мы тут никогда ремонт не делали», – радостно отвечает хозяйка. Непьющая, не нищая семья не делала ремонт с 1929 года. Да, они любят котов, котов много, из любви их не кастрируют. А к запаху хозяева привыкли и не замечают его. Тут давеча Астахов отнял детей у семейки интеллигентов с котиками, и я впервые не могу на него нести. Я навидалась этих интеллигентских квартир с книгами. Дорогая либеральная общественность, это не банальный срач. Это преступная антисанитария, которая свидетельствует о душевном расстройстве. 

...Малая Бронная, красивый парадный подъезд. Не коммуналка. Дверь открывает «особенный человек». С ярко выраженными особенностями: приоткрытый рот, пустой взгляд.... И тот же запах застарелой грязи. Всюду висят провода. Хозяева не стесняются ни грязнющей плиты с наслоениями докембрийского периода, ни проводов (привет, Тимур и его команда!) – «Они давно так живут». Еще раз убеждаюсь, что свинарник в квартире – явный признак душевной болезни. Есть даже такое выражение «шизофренический беспорядок». А сам дом – памятник архитектуры. Двадцатые годы.

Звоню в квартиру в районе Пречистенки. Сталинский дом. Продавец нудно и вязко объясняет, что он – сын генерала, что квартиру давали за заслуги, что продавать ее абы кому не хотят, что там сейчас живет девушка – настоящая москвичка,и что неизвестного человека он внутрь не пустит, я должна прислать ему скан паспорта и фотографию. И все это обильное безумие сына генерала я слушаю десять минут и не могу перебить.

«Что он тебе втирает?» – удивляется муж. «Втирает, что сын генерала...» – «А тебе надо обязательно дослушать его до конца, прежде чем понять, что он просто больной?!» В квартиру меня так и не пустили, хотя фотографию я выслала – смеха ради. 

Другой дом, в который я влюбилась, назывался «Кооператив Госстроя». Лучшие строители Москвы перед войной возвели его сами для себя. И себя не обидели. Тихий домик в лучшем месте центра Москвы, в саду в Малом Левшинском, за красивой оградой. Продавцы – пожилая пара – хотят за свои 80 убитых метров миллион. Почему миллион? «Ну уж это у меня счет такой, – как говорила героиня Островского, – я все на миллионы считаю: у меня что больше тысячи, то и миллион. Сколько в миллионе денег, я и сама не знаю, а говорю так, потому что это слово в моду пошло». Туалет обит вагонкой. Сквозь вагонку проступает синяя масляная краска. К потолку приклеена клеенка с амурами, пукетами да купидонами – прямо по прекрасной лепнине. Квартира так заросла вещами, что хозяевам пришлось протоптать между ними тропинки. «Я вам точно говорю, пять миллионов на ремонт – и будет отличная квартира. Я сам строитель, я знаю!» – уговаривает хозяин. Квартиру они продают уже четыре года и не уступают даже десятки. Им нравится сообщать знакомым, что у них квартира стоит миллион – и баста, а они – миллионеры.  За всю жизнь эти люди не держали в руках даже тысячи долларов – какой уж там миллион! Но они на пенсии, им скучно.

Летом в России обострилось безумие. Шизофреник зарезал семью. Старушка отпилила и выкинула в пруд голову своей соседки. Летом я уже ничему не удивлялась: я уже находилась по домам ЦАО, повидала людей. Из двенадцати квартир в четырех жили настоящие, медицинские психи. Более того, опытным путем выяснилось, что в каждом московском доме живет свой тихий сумасшедший. Летом тихо греет голые сиськи в окне первого этажа, зимой – выносит мусор босиком. А потом съезжает с глузду окончательно и варит суп из ноги соседа. На Патриарших в знаменитом ТСЖ «Волоцкие дома» человек из пятого подъезда в буквальном смысле ловил чертей, а когда черти размножились, забил свою комнату изнутри гвоздями. Потом проломил дыру к соседям снизу, попросил вызволить. Соседи поднялись, а чего делать не знают, гвозди он выбрал самые длинные и заколотил по самые шляпки. Когда псих проковырял дырку к соседям снизу, они решили съехать. Кто пришел посмотреть квартиру? Правильно, мы!

Ну, скажете вы, берите элитный новострой, а если нет денег, сидите и не петюкайте. Ха, отвечу вам я, это в элитном-то новострое сумасшедших нет? Три года мы жили в элитном доме, уж куда элитней. Так вот, ровно в час ночи начинала выть соседка по имени Лиана Гургеновна с дивной фамилией Благонравова. Охрана ее благонравие знала и дико боялась. Ближе к полночи эта дивная женщина выкидывала из окна посуду, а к трем часам на пол с грохотом падал буфет («Это не буфет, это она сына роняет», – объясняла охрана). А теперь представляете, какое количество сумасшедших в России, если в каждом доме, элитном ли, простом ли – живет душевнобольной?

Анна Каренина

Малый Левшинский, 14/9, был моим заветным адресом. Я исследовала все предложения в этом доме. Самую дорогую квартиру продавала приятная женщина с перетянутым лицом. Ее звали Анна Аркадьевна, но мы окрестили ее Анна Каренина. 

Анна Каренина сама занималась коммерческой недвижимостью – владела магазином, который продает магазины. Видимо, поэтому она не стала, по ее словам, «козлить», пришла на встречу без юриста и агента, сразу подписала с нами договор. 

Квартира была только что отремонтированная, с иголочки. Видимо, делали под продажу. Продавали аж с сентября и измучились. Поэтому сразу скинули нам четыре миллиона. На подписании мы решили зафиксировать цену в долларах – 800 000 тысяч. Я обмерила шкафы и отчалила на «Кинотавр». Каренина возвращалась через две недели. Из-за этого мне пришлось лишиться двух лучших, заключительных дней фестиваля, но дело того стоило. Почти каждый день в Москве я приезжала к дому мечты и любовалась липами, вазонами в саду, эркерами, по десять раз перечитывая содержание мемориальных досок... 

Попутно выяснилось, что прямо надо мной живет раззолоченное кисо из МГИМО и до пяти утра дает такие пати, что полицию вызывают аж из соседнего дома. Но мы быстро урегулировали этот вопрос через адвоката. 

За три дня до сделки доллар сделал скачок. Анне Карениной крупно повезло – она выручала за квартиру 44 800 000, то есть даже больше, чем планировала до скидки. Мы не качали права – сами предложили доллары, сами виноваты. А вот Каренина решила, что ей свезло – попались незамутненные лохи. «Я хочу еще 50 тысяч долларов, иначе отказываюсь от сделки», – заявила она. Вот так вот, с фермерской прямотой. Незамутненные лохи хором ответили, что на шантаж не купятся, а я добавила, что в разборках лучше иметь дело с Кадыровым, чем со мной. И Каренина включила заднюю.

Другого покупателя у нее не было. Но я все же ужесточила условия выхода из контракта – всучила тройную предоплату. Ровно за три дня до сделки – та же мелодия в исполнении гобоя. У нашего агента раздался звонок: «Юлия, вы сидите? Если не сидите, так сядьте. Я в понедельник на сделку не выхожу, – ехидно сообщила Анна Каренина, – Божене с Игорем давайте не говорить. Пусть потом узнают. Гонорар я вам сама заплачу».

Чаша терпения лопнула. Мы взбесились. Собрали документы для ареста квартиры этой змеи. Стали готовить заявление о мошенничестве. И ей пришлось выплатить мне неустойку.

Другого покупателя, повторюсь, у Анны Карениной не было. И нас заело любопытство: чего она боится? Что там за труп под обоями? Провели расследование. Выяснилось, что она давно болеет. Сначала три года делала ремонт силами двух студентов из Краснодара и дважды залила весь дом. Затем в нарушение всех СНиПов и ГОСТов водрузила туалет над спальней соседей снизу. Чтобы объединить лоджию и спальню, Каренина разрушила фасадную (!) стену дома – памятника архитектуры – заменив ее на гипсокартон. Намутила аферу с узакониванием этого преступления. Когда в покупателях объявилась я, фигура публичная, Каренина побоялась, что злодеяние всплывет. На подготовку сделки мы потратили почти два месяца...

Палата номер шесть

Третья сорвавшаяся негоция планировалась в самом известном ТСЖ на тех же Патриарших прудах. Жильцы – элита и знаменитости, закрытая парковка  с «гелендвагенами», консьержи. В саму квартиру я войти не могла из-за жутчайшего запаха. К тому же в коридоре промелькнула тень странной женщины с торчащими вперед зубами. А вот план квартиры, вид, подъезд, консьерж мне очень понравились. 

Нас убедили, что женщина абсолютно вменяема, преподаватель английского. «А запах почему такой? Она нерадивых студентов в кастрюлях варит?» – «Ну привыкли люди так жить, им не мешает». Мать семейства решила продать жилье на Патриках и купить большую четырехкомнатную квартиру в Бутово плюс – по квартире дочерям. То есть совсем не дешевила – как говорили на Руси, сумасшедший-то сумасшедший, а ассигнаций не рвет. Хорошо, что мы на всякий случай пригласили на сделку психиатра – уж больно странный взгляд у хозяйки. За час до подписания договора оказалось, что вся семья – шизофреники, а мать идет на сделку по принуждению: старшая дочь набрала кредитов и не собирается отдавать, а коллекторы уже звонят. А это значит, что квартиру у нас отнимут, отсудят, и очень скоро. 

К лету ситуация изменилась еще раз. За полгода нефть упала, убили Бориса Немцова, раздавили трактором гусей, начали пармезанные репрессии, и, как результат, на рынок вышли очень хорошие квартиры из серии «пора валить». Яппи покупали их для себя, не ожидая, что страна сойдет с ума окончательно. За последние полгода они поняли, что детей надо увозить, пока маленькие. «Прямая продажа! Люди просто уезжают!» – радостно сообщали их представители. Только у этих квартир были приличные агенты, а не двуногие жвачные недоумки, человеческая выбраковка, приехавшая из Малой Ляли в надежде срубить легкого бабла. И только с агентами отъезжающих можно было разговаривать как с людьми. Только в этих домах было прибрано, не воняло в туалетах, в нос не бил едкий запах кошачьей мочи, хотя кошаки с лоснящейся шерстью были у каждого. В приглянувшейся нам квартире жил бульдог – толстый, ухоженный и дружелюбный. Хозяева перебирались в Латвию, не в Лондон, потому что даже крепко обеспеченному работящему умнику Лондон не по средствам. 

Ну я пока здесь. Готовлю договор.

Опубликовано в журнале SNC, октябрь 2015.

Если квартира, то в ЦАО?

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ

Это что, костюма пажа? И что это за скорняжное изделие болтается сзади? В общем, мы не верим, что Андра серьезно думает, что это выглядит круто. Наверное, просто шутка стилиста.
новые trashsetter’ы
ОФП боксера: 10 упражнений на ринге в движущихся картинках
6 часов назад
ОФП боксера: 10 упражнений на ринге в движущихся картинках
Мы всегда за то, чтобы вы занимались спортом, особенно дома, чтобы не тратить деньги на абонементы, форму (на самом деле, даже дома нужно быть красивой – так будет лучше получаться), а еще время на поездку туда и обратно. Хорошо дома – можно свалиться потом на кровать и больше не шевелиться до утра. Сергей Карпов – наш любимый тренер из боксерского клуба «Октябрь» показал специальные приемчики и то, как перед ними размяться.
Цена имеет значение? Сухие шампуни
6 часов назад
Цена имеет значение? Сухие шампуни
Все уважающие себя бьюти-бренды, занимающиеся волосами, выпускают сухие шампуни. Но за всеми ли тюбиками скрывается шанс не мыть голову ну еще один денечек? Или кто-то нас все-таки разводит (еще и на бабло)? 
ТЕСТ: Выбираем главного редактора для журнала Elle
8 часов назад
ТЕСТ: Выбираем главного редактора для журнала Elle
У нас на SNCMedia самый лучший главный редактор ever (надеюсь, за эту фразу я получу лишнюю неделю отпуска?), но #намневсеравно, что станет с российским глянцем, поэтому мы решили помочь Виктору Михайловичу Шкулеву сделать правильный выбор. Ведь кто, как не аудитория должна выбирать себе президента главреда.
Карикатуры, Елка и мясо: чем заняться на выходных?
8 часов назад
Карикатуры, Елка и мясо: чем заняться на выходных?
В выходные нам обещают потепление, так что, прогулка станет хорошей альтернативой любимому дивану.
5 вопросов к крем-комплексу для глаз от Dermalogica
9 часов назад
5 вопросов к крем-комплексу для глаз от Dermalogica
А мы все не можем успокоиться по поводу ухода за зоной под глазами. На очереди – активный противовозрастной крем-комплекс для глаз Age Reversal Eye Complex от Dermalogica, обещающий чудеса чудесные: обернуть время вспять, испарить темные круги и стереть навсегда проблему обезвоживания
Гороскоп Овен
(21.03 - 20.04)
Общий прогноз на 5–11 декабря
Вас ждет очень продуктивная и удачная неделя. Все жесткие аспекты, которые подталкивали и даже принуждали вас к действиям, расходятся.