Ксения Безуглова: «У людей с ограниченными возможностями есть регулярный секс»

Автор:

В этот раз Антонио Алицци встретился с Ксенией Безугловой — девушкой, оказавшейся в инвалидной коляске, но не отчаявшейся. Благотворительность, спорт, воспитание троих детей — сила духа для этого нужна больше, чем здоровые ноги.

Ксения Безуглова

Сейчас Ксении тридцать четыре. Девять лет назад она попала в автомобильную аварию, оказалась в инвалидной коляске, но смогла принять себя в новых обстоятельствах и с тех пор своим примером доказывает, что возможно все. Счастливая жена, мама троих детей, активный общественный деятель, Мисс мира–2013, она ведет полноценную и очень насыщенную жизнь. Ксения освоила горные лыжи, прыгает с парашютом, пробует себя в вейкбординге. Много путешествует и, кажется, своим жизнелюбием заряжает каждого, с кем сводит ее судьба. В 2016 году Ксения основала благотворительный фонд «Возможно всё», который меняет жизнь людей с ОВЗ и борется со всеми возможными границами и стереотипами.

ANTONIO ALIZZI

alizzi@acmgroup.info

В вице-президенте ACMG, сицилийце, удачно соединилось все: он и дипломированный специалист по международным отношениям, и магистр HR, защитивший докторскую по теории управления бизнесом, и автор множества научных работ по бизнес-инновациям, в том числе в медиа. С 2011 по 2014 год Антонио преподавал издательское дело в Веронском университете. В конце 2014 года был назначен главой департамента имиджа и коммуникаций компании «Calzedonia Россия», а спустя два года – и координатором «Calzedonia Великобритания», что тоже добавило ему вистов. В конце 2016 года Антонио присоединился к международной медиагруппе ACMG (Forbes, L’Officiel, Geo, SNC, Numéro, Golf Digest и другое) в качестве первого вице-президента. Антонио часто ездит в командировки, но живет и работает в Москве.

Антонио Алицци и Ксения Безуглова

Антонио Алицци и Ксения Безуглова

Давай начнем с твоего отношения к датам. Ты помнишь, как мы впервые встретились?

В апреле 2015 года, три года назад. Я благодарю Бога за то, что он подарил мне эту встречу.

И что ты помнишь о том дне?

Я помню свою странную одежду (улыбается), у меня был удобный красный костюм, растущий живот, так как я ждала второго ребенка. Я пришла на встречу с двоякими чувствами: не могла понять, зачем мне это нужно и почему я должна туда пойти. Моя подруга Елена продолжала настаивать на том, что мне необходимо встретиться с Антонио, потому что он очень этого хочет и ждет встречи уже несколько месяцев. Ты очень хотел встретиться со мной, не так ли? Зачем?

Елена, наш общий друг, рассказала мне твою историю за два месяца до этого. Я испытал острое желание встретиться в реальности, заглянуть тебе в глаза и узнать, что же такое жизнь на самом деле. И я почувствовал острую необходимость стать твоим другом. Мне потребовалось два месяца, чтобы убедить тебя встретиться.

Ты меня поразил: передо мной сидел сияющий человек, очень образованный, знающий и понимающий многое. Мне было очень интересно говорить с тобой, и, что самое главное, эта встреча изменила мою жизнь. Сейчас я начну плакать (эмоциональная пауза). Я очень благодарна тебе. И Богу. (Ксения и Антонио обнимаются и обмениваются дружеским поцелуем).

Какие дни для тебя самые важные?

8 июня – мой день рождения, а также день создания моего фонда. Дни рождения моих детей: 18 февраля – Тая. Алекса – 6 августа. Никита – 1 октября. И день рождения моего мужа, Алексея, – 24 мая.

Ты веришь в Бога? Как ты себе Его представляешь?

Да, конечно. Когда я говорю с Богом, я представляю кого-то больше, чем человека. У него нет глаз, у него нет голоса. Я просто слышу и чувствую его. Я знаю, что Бог существует, и он больше, чем Вселенная. Я не могу представить его физически.

И действительно, после той встречи началось наше совместное путешествие. Первым человеком, которого я хотел тебе представить, чтобы поделиться твоей историей, была Вера Брежнева. Через несколько дней после нашего разговора мы с Верой встретились с тобой, ты была в сопровождении мужа и твоей прекрасной дочки Таи.

У меня нет слов, чтобы описать тот день: мирный, легкий, спокойный. Вера была очень тепла и близка душой ко мне. В тот день я поняла твои планы: ты хотел, чтобы моя история была широко известна. Знакомство с позитивно настроенными знаменитостями и влиятельными людьми помогло бы. После Веры, с которой мы стали действительно хорошими друзьями, ты посадил меня в первом ряду на мероприятии, где выступали Ксения Собчак, Полина Киценко, Равшана Куркова, Елена Темникова и Дарья Малыгина.

И в этот день ты также встретила Сати Казанову.

Да, опять-таки благодаря тебе. Это была такая чистая энергия. С тех пор мы с ней очень сблизились.

Свою вторую беременность ты провела в коляске...

Да, это так. Все началось со звонка телеведущей Екатерины Андреевой. Она прочла интервью в журнале и попросила мой номер у Андрея Малахова, еще одного хорошего друга. Катя сказала, что если я хочу снова ходить, то мне стоит встретиться с Мана, 86-летним китайским терапевтом.

Ты позвонила ему?

Да. Мы познакомились в 2014 году после Паралимпийских игр в Сочи. На встречу пришли вместе с Катей. Несмотря на преклонный возраст, Мана поднял меня вместе с коляской и донес вверх по лестнице до своей квартиры, где состоялся сеанс лечения. И так в течение шести месяцев, дважды в день – в шесть утра и шесть вечера...

Шесть месяцев, два раза в день?

Да. Это было его условие для моего лечения: на каждой сессии он ставил мне 120-150 иголок. Он сказал: «Может быть, я смогу тебе помочь». Мы начали в конце марта, я ездила к нему вместе с дочкой Таей.

А Алексей, твой муж?

Он платил за это дорогое лечение (смеется).

Ты начала чувствовать себя лучше?

Я была настолько вовлечена во множество активностей в разных учреждениях, такие как мэрия и Министерство здравоохранения, что эти шесть месяцев пролетели незаметно. Прежде чем начинать курс снова на второй семестр, мы должны были сделать перерыв на один месяц, это согласовывалось в начале лечения. Приветствуя меня, он сказал: «Ксения, просто знай, что беременность обычно является побочным эффектом этого лечения».

И?

Я узнала, что беременна. Это стало сюрпризом не только для меня, но и для всех врачей, у которых я наблюдалась. Я чувствовала недомогание, у меня начал расти живот и увеличилась грудь, и врачи решили назначить УЗИ. Оказалось, что я была на третьем месяце беременности. УЗИ, кстати, мне делали для запланированной операции, которая из-за ребенка так никогда и не состоялась. Врач сказал: «Это возможно только с тобой, Безуглова!»

Ты все еще на связи с Мана?

Мы созвонились во время моей беременности, и он сказал, что рад за меня. После я пыталась дозвониться до него, но номер был недоступен. Я спросила об этом Катю Андрееву, так как она встречалась с ним каждый день. Она сказала, что он исчез и, вероятнее всего, вернулся в Китай, чтобы провести остаток жизни там со своими детьми и внуками.

Я прекрасно понимаю, что это болезненная тема, но я все же хотел бы обсудить тот день, 28 августа 2008 года, когда ужасная автомобильная катастрофа во Владивостоке изменила твою жизнь.

Я вышла замуж 19 августа, и раз в год в том же месяце мы с мужем обычно праздновали годовщину свадьбы в нашем родном городе. В 2008 году мы прилетели туда за несколько дней до 28 августа.

У тебя остались ясные воспоминания о начале того дня?

Да, я все очень хорошо помню. Я проснулась рано утром, около четырех часов, из-за жуткой боли в спине – как раз в том месте, где я позже ее сломала. Сделала несколько упражнений из йоги, в том числе упражнения на ноги. Я была в большой компании родственников и друзей: мы, человек двадцать пять, решили провести несколько дней около моря с палатками под Владивостоком. Это заповедная зона, тихая и спокойная, где не было никого, кроме нас. Я сделала много асанов (упражнений в йоге) на ноги и пошла плавать.

Что произошло потом?

Поcле завтрака, так как нам нужно было успеть на паром во Владивосток, мы собрали вещи и выехали. Я была с Алексеем в одной из четырех машин. По дороге обратно солнце так пекло, что на полпути мы захотели остановиться у пляжа и поплавать. Поскольку я была беременна, а было очень жарко, я решила остаться и подождать всех в машине. В какой-то момент бабушка Алексея стала переживать из-за того, что мы опаздываем и рискуем пропустить паром; все прыгнули в первую попавшуюся машину. Автомобиль, где была я, оказался забит, и муж сел в другой.

Машина, в которую он сел, шла впереди...

Именно. А его сестра Катя вела машину, где сидела я. На серпантине перед нами ехал очень старый красный русский автобус, который жутко дымил. Из-за дыма было трудно дышать. Алексей довольно быстро обогнал автобус, и Катя решила сделать то же. Но выбрала неправильный момент для маневра: машина потеряла равновесие и начала переворачиваться. Три или четыре оборота.

Алексей видел все в реальном времени?

Все. В зеркало заднего вида. Он закричал, остановился и добрался до меня, выбежав из машины. Все, кто был в машине, вылетели из лобового стекла, кроме меня. Половина моего тела висела из окна, когда мои ноги остались на заднем сиденье. Инстинктивно я попыталась встать, но не смогла. Я поняла, что мой позвоночник был сломан, правая рука была без кожи и оттуда торчали кости.

Кошмар…

Я помню каждую секунду: кровь лилась на пол, и я держала свой живот левой рукой, которая тоже была полностью в крови. У меня болел живот и спина. Я очень четко помню, как люди выбегали из красного автобуса, стояли около меня с сигаретой в зубах, кто-то пытался вытащить меня. Я несколько раз кричала: «Пожалуйста, не трогайте меня». Я не теряла сознания.

Кто тебе помог?

Когда я увидела машину скорой помощи, я испугалась еще больше: сельская скорая, в которой ничего не было. Доктор дал Алексею бинты и спросил: «Вы знаете, как это делать?» Во время дороги все тряслось. Было очень больно.

В больнице был момент, который все еще меня шокирует ...

Алексей сказал им, что я беременна и что все действия должны быть согласованы. Они покрутили пальцем у виска: «Какой ребенок? Мы, возможно, не сможем спасти даже ее, поскольку у нас нет медицинского оборудования для такой помощи». У нас было несколько часов, чтобы найти донорскую кровь и врачей для операции. Это был вечер выходного. В тот момент все мои мысли были только о ребенке.

Ты чувствовала, что ребенок в безопасности?

Да. Мы убедили врачей позвонить гинекологу, и ультразвук не показал никаких отклонений. Чудесным образом все было в порядке, так как я была только на третьем месяце беременности. Мне сделали рентген, закрывая живот, и, хотя мне нужны были обезболивающие, я отказалась от них, чтобы сохранить беременность.

А твой позвоночник?

Ночью они нашли подходящую кровь и двух хирургов, которые привезли спинальную конструкцию. У них было всего несколько часов, потому что мои позвонки были сломаны в двух местах. С такой травмой не живут более одного дня. Меня поместили на хирургический стол, я лежала на животе. Я знала, что они сделают наркоз, и я этого очень ждала, потому что в тот момент я уже слишком устала от этой боли. Самое главное было заснуть и больше ее не чувствовать. Я видела двух врачей, они были очень молоды и улыбались. Когда они посмотрели на меня, они сказали: «Ты прекрасна!» Я пожелала им удачи. Операция длилась восемь часов.

Какое твое первое воспоминание после операции на позвоночник?

Я помню трубки в горле и то, что врачи сильно хлопали меня по щекам, потому что я не могла дышать самостоятельно. В течение двух часов они не могли заставить меня дышать, но потом я наконец проснулась. Они были невероятно счастливы.

Что тебе сказали врачи?

«Теперь тебе нужно бороться за свою жизнь». Алексей также пришел и сказал мне: «Тебе нужно бороться. Я буду с тобой, несмотря ни на что».

А что было на следующий день?

Они отправили меня на вертолете во Владивосток. Когда меня вывозили из больницы, вокруг бегали дети. Когда врачи положили меня на траву, чтобы подготовиться к погрузке в вертолет, эти дети подошли, посмотрели на меня и закричали: «А она красивая!» Это был полет с надеждой снова стать здоровой. Потом я провела еще один месяц в отделении интенсивной терапии.

Беременность? Твои ноги?

Почти каждый день врачи приходили ко мне и пытались убедить меня прервать беременность. Они говорили, что наркоз для моей операции был очень сильный и что я очень слаба. То, что живот будет расти и давить на место перелома позвоночника. Они говорили мне, что, если я срочно не начну процесс реабилитации, из-за решения не делать аборт я, вероятно, никогда не смогу снова ходить.

Их идея заключалась в том, что при надлежащей реабилитации ты снова будешь ходить?

Да, я бы даже сказала, что они были уверены в этом.

Но у тебя никогда не возникало сомнений относительно беременности и того факта, что ты фактически решила больше не ходить?

Никогда? Я думала только о ребенке, мне было все равно, смогу я ходить или нет. Я должна была сохранить ребенка. Если Бог не забрал ее во время аварии, то у меня точно не было этого права. Как и у любого другого человека около меня. Этот ребенок должен был родиться.

После Владивостока наконец снова в Москве.

Наконец-то дома. Рядом с моей кроватью Алексей положил большой блокнот, своего рода дневник, с моим ежедневным графиком. Я просыпалась в 7:30 и в основном в течение всего дня тренировалась в постели. Месяцы медленно проходили: октябрь, ноябрь, декабрь, январь. Я смотрела «Модный приговор» с Эвелиной Хромченко по телевизору, гладя любя свой растущий животик: Тая, моя первая дочка, была готова прийти в мою жизнь.

Трудно бороться и за ребенка, и за нормальную жизнь?

Довольно часто, особенно вначале, гинекологи приходили, изучали и удивлялись: моя история в их карьере была уникальной. Важным вопросом были и сами роды: «Как она это сделает?»

И время настало...

Февраль. Отчим Алексея специально для меня сделал огромные носилки. Меня перевозили на них в самолете из Владивостока и на них же привезли в больницу. Пришли друзья, и вместе с Алексеем они подняли меня. 18 февраля Тая родилась, и она была совершенно здоровой. Это стало большим облегчением для врачей и наших семей: до самого конца никто, кроме меня, не был уверен, что ребенок в порядке.

Когда ты села в первый раз и какие воспоминания у тебя есть с того времени?

Я села после рождения. Дома мы просто лежали вместе с ней в постели, потому что маленький ребенок только спит и ест. И у меня было все, что нужно, около кровати.

Когда в твоей жизни появилось инвалидное кресло?

Очень скоро. Однажды мне захотелось прогуляться, и я решила заказать инвалидное кресло по интернету. Это была потрясающая прогулка, потому что я снова почувствовала эту свободу, хотя то, как смотрели люди, стало для меня большим стрессом.

Каков мир в инвалидной коляске?

Когда Алексей поднимал меня на руки, я действительно боялась, потому что это было очень высоко для меня. Я начала думать, как люди не боятся такой высоты (улыбается).

Расскажи мне о дне в Риме, когда ты выиграла международный конкурс красоты «Вертикаль», эквивалент «Мисс Вселенная» для женщин на инвалидных колясках.

Однажды моя подруга Оксана позвонила мне и сказала: «Я отправила твои фотографии и видео в Рим на конкурс красоты». Я ответила: «Меня это не интересует. Конкурсы красоты для красивых, молодых и глупых девушек. Я взрослая, серьезная, у меня есть дочь, я умная. Зачем мне этот конкурс красоты?» На следующий день в реабилитационном центре я саркастически сказала об этом своему доктору, и она ответила: «Ты поедешь». Смутившись, я сказала ей: «Я там никому не нужна, мне надо будет оплатить билеты, гостиницу, у меня даже нет ни визы, ни загранпаспорта». Она ответила: «У тебя все будет». И через неделю у меня действительно все было, и вот я уже приземлилась в Риме. Я сказала Алексею и моей маме, что я просто уезжаю на социальное мероприятие без особых подробностей. Несколько дней спустя я привезла корону в Россию.

Что там произошло?

Когда я увидела людей из США, Португалии... для них было очень важно победить. Я просто хотела понаблюдать, мне было интересно поучаствовать в показе мод. Так получилось, что я оказалась среди семи финалистов, но я даже не думала снова появиться на сцене. Они начали объявлять победителей, а я просто смотрела в свой телефон. Девушка прошептала мне: «Ты – победитель!» Я спросила: «Что?» Она подтвердила: «Да». В тот момент я услышал: «И победитель – Ксения Безуглова!» Это был тот момент в моей жизни, когда я почувствовала себя наиболее женственно. С этого момента меня начали приглашать на Недели мод, как настоящую модель. Москва, Нью-Йорк, Милан... так в моей жизни появились модные бренды. И когда я получила первый контракт, я очень гордилась собой, потому что в нашей семье все деньги зарабатывал Алексей.

Как ты жила в то время?

Каждый день тренер приходил ко мне домой. Я могла встать, лишь используя специальный ортопедический аппарат. Единственной целью было избавиться от коляски. Я хотела снова ходить. Была проделана очень тяжелая работа, когда мне, наконец, удалось добраться до центра реабилитации на такси, без инвалидной коляски.

Но?

Но однажды в 2010 году я возвращалась домой и, выйдя из лифта, упала, сломав левую ногу в трех местах. Опять операция и снова наркоз. Я спрашивала Бога: «Ты хочешь, чтобы я сидела?» Я попыталась бороться, и с новой конструкцией я снова встала. Но затем я упала во второй раз, сломав уже правую ногу.

Твой via cruces не закончился...

Да, прошло три месяца, и после того, как я снова начала ходить, я сломала ноги еще четыре раза.

Что ты подумала?

Просто что больше так не могу. Я решила отдохнуть и уехать из Москвы на некоторое время. Поехала в Крым, в город, известный центром реабилитации людей с ограниченными возможностям. Таких людей там шокирующе много! Я все еще не считала себя инвалидом, думала: «Вот они – инвалиды, но я-то скоро встану». Но с каждым днем у меня возникало все более странное чувство.

Что ты имеешь в виду?

Их глаза светились: они наслаждались жизнью, гуляли, курили, посещали вечеринки. Они очень отличались от меня. Несколько раз они даже звали меня с собой: «Ксения, пойдем тусоваться и танцевать!» Я говорила: «Нет, извините. Я очень занята сейчас». Занята книгой (смеется). Дело в том, что я была ими заинтригована, мне было интересно: «Что они делают в ночном клубе?» Однажды я больше не смогла сопротивляться и приняла их приглашение. Это был день, когда я открыла глаза. Я увидела счастливых людей, по-настоящему счастливых. Они танцевали. Один парень выскочил из своего инвалидного кресла и начал танцевать брейк-данс. Одна пара, рядом со мной, отчаянно целовалась. Я смотрела и не могла поверить своим глазам. Я поняла, что они живут. Я осознала, что хочу жить, как они, наслаждаясь каждым днем... Эти люди стали моими друзьями, потому что они приняли меня такой, какая я есть.

Что случилось, когда ты вернулась домой?

Однажды в Москве я сказала Алексею, что мы можем расстаться прямо сейчас, если он не примет меня такой, какая я есть. Он сказал: «Ты сдалась». Это был очень трудный период, почти год мы жили в очень сложных отношениях. У него была своя жизнь, у меня своя.

Что-то изменилось в тебе...

Да, я действительно приняла себя. Каждый должен сделать это: не важно, страдаете ли вы, например, ожирением, или у вас нет рук, и так далее: если захотите, вы можете быть королевой или королем внутри себя.

Я уверен, что изо дня в день ты мотивируешь многих людей.

Иногда со мной случаются необычные истории. Когда Юлия Меньшова брала у меня интервью на Первом канале, одна девушка с двумя детьми в Барнауле после измены мужа была близка к самоубийству. Она испытывала такую боль, что решила выброситься из окна. Оставила детей в комнате, включила телевизор и подошла к окну. Обрывки моих фраз привлекли ее внимание, и она решила послушать до конца – сначала колебалась, но в итоге передумала прыгать. Расплакалась, вернулась в комнату и обняла детей. В ту же ночь эта девушка написала мне огромное письмо, очень эмоциональное, а через год прислала фотографию, где она беременная и с новым мужем. Таких историй много. Я всегда говорю: «Нужно начать принимать себя и ситуацию». После этого вы можете шаг за шагом работать над тем, чтобы снова начать наслаждаться жизнью.

А если это не работает?

Если вам просто плохо, если у вас депрессия, начните помогать людям вокруг. Вы почувствуете их благодарность, и ваше счастье будет расти. Они заряжают батарею вашего счастья.

Каков твой день в Москве?

Я просыпаюсь между 7:30 и 8 утра. Готовлю Таю к школе и отвожу ее. Я провожу большую часть своего времени дома, особенно в последние пять месяцев (Никите, ее третьему ребенку, ровно пять месяцев). Последние два года были очень напряженными: много работы, перелеты, встречи. Но, конечно, я присоединяюсь к важным мероприятиям и слежу за деятельностью своего фонда.

Ты занимаешься спортом?

Мне нравятся экстремальные виды спорта: парашют, вейкбординг, аэротруба и горные лыжи. Как только я закончу кормить грудью, я снова начну тренироваться: я хочу вернуться в форму (улыбается).

Хоть и не совсем правильно обобщать, но можешь упомянуть две-три вещи о русских, которые являются истинными, и две-три, которые не соответствуют действительности.

В Европе часто говорят, что русские много пьют. Это неправда. Есть люди и страны, где пьют гораздо больше. Люди также говорят, что русские очень ленивы, и я считаю, что это правда. Понятное дело, не все из нас, но это своего рода общее отношение, которое у нас есть. Русские не улыбаются... это правда. Когда я отдыхаю на пляже с детьми, я смотрю на людей и пытаюсь угадать, из какой они страны... и самые серьезные – из России!

Когда и как ты снова начала водить после аварии?

После «Вертикаль» в 2013 году. Я полетела с Таей на всю зиму в Таиланд, и там был парень на коляске, который водил абсолютно обычную машину, но у него были приделаны палки к педалям, которыми он управлял руками. Я спросила его: «Как ты это делаешь?» Он ответил: «Это очень легко. Садись и попробуй». Я не хотела, но он настоял: «Давай!» Он уже долгое время был в инвалидном кресле и поделился своим опытом. Я села, и мне понравилось. Я также начала водить в Москве. Вождение – важная часть моей жизни. Это моя независимость, моя свобода, это способ быть там, где я хочу быть.

Типичный вопрос этой рубрики: что ты думаешь о смерти и загробной жизни? Ты была так близка к смерти...

Это очень хороший вопрос, мне его еще не задавали. Авария и то, что произошло позже, заставило меня часто думать о смысле жизни. Если раньше я жила и ориентировалась только на настоящее, то сейчас я чувствую необходимость оставить после себя для следующих поколений что-то значимое. Я провожу дни так, чтобы потомки гордились бабушкой. Я не боюсь умереть, потому что мне уже есть чем гордиться, я оставила отпечаток в истории. Социальная жизнь, социальная политика в России серьезно изменились с тех пор, как я нахожусь в этом инвалидном кресле. А о загробной жизни... Ну, я в нее верю. Думаю, что моя душа немного отдохнет, а затем вернется на землю, чтобы узнать больше и стать лучше.

В твоих снах ты на коляске или ходишь?

Я стою. И когда просыпаюсь, думаю: «Ого! Какой сон!» Во сне я танцую, как танцевала 16 лет своей жизни.

По чему ты скучаешь больше всего?

По возможности танцевать и ходить босиком по песку вдоль моря.

Ксения, что такое секс для тебя?

Что-то удивительное. До аварии секс значил для меня многое, но потом все изменилось. Между мной и моим мужем появилась дистанция: мы стали чужими друг другу, но стали ближе в духовном плане. За время мы поняли, что проблема была в голове. Однажды Алексей сказал мне, что он женился на другой женщине. «Я не знаю тебя сейчас». Он был последним человеком, который принял меня. Даже сейчас он не принимает меня полностью, он все еще ждет чуда. Но секс важен и сейчас, хоть и по-другому. То, что я увидела в Крыму, научило меня, что нет ничего невозможного. Девочки там рассказывали мне об отношениях с разными парнями, в том числе и теми, кто на инвалидном кресле. Я всегда спрашивала – как? Это было очень интересно для меня. Если вам нравится человек, инвалидность может блокировать физические чувства. У людей с ограниченными возможностями есть регулярный секс!

Три человека, которых ты хотела бы встретить?

Я бы хотела встретиться с Владимиром Владимировичем Путиным один на один, чтобы рассказать ему, как люди с ограниченными возможностями живут в нашей стране, и наметить план действий, которые улучшат их жизнь. С детства я хотела встретиться с Мадонной – лучшим примером женщины, которая сделала себя сама и с которой я бы хотела поработать над некоторыми проектами. И я была бы рада встретиться с Леонардо Ди Каприо. Я думаю, что он потрясающий актер.

Как ты себя чувствовала во время этого интервью?

Это было самое приятное интервью в моей жизни. Я рассказала тебе все и рассказала это честно.

INTERVIEW WITH KSENIA BEZUGLOVA

Let’s begin investigating your relationship with dates. Do you remember the first time we met?

In April 2015, 3 years ago. I thank God for having gifted me with our meeting.

And what do you remember of that meeting?

I remember my strange clothes (smiles): I had a comfortable red suit, a growing belly since I was waiting for my second child. I had joint the meeting with contrasted feelings: I couldn’t understand why I needed this meeting and why I had to go to this meeting. My friend Elena kept insisting that I had to meet Antonio, because he wanted this very much, waiting for months already. You wanted this meeting very much, right? Why?

Elena, our common friend, had told me your story two months earlier. I felt a strong desire to cross our lives, to look into your eyes and to learn what life really is. And I felt a deep need to become your friend. I have insisted two months to convince you.

I was really surprised by you: a radiant person was sitting in front of me, very educated, knowing and understanding a lot. Talking to you was interesting and, most of all, it changed my life. I will start crying now (emotional silence). I’m very grateful to you. And to God. (Ksenya and Antonio hug and kiss each other).

Which days are the most important ones for you?

The 8th of June, which is my birthday and it coincides with the establishment of my Foundation. The days of my children’s birthdays: 18th of February, Taya. Aleksa, the 6th of August. Nikita, the 1st of October. And the birthday of my husband Aleksey, the 24th of May.

Do you believe in God? How do you imagine Him?

Yes, sure. When I talk to God I imagine someone more than human. He doesn’t have eyes he doesn’t have the voice. I just hear him and I feel him. I know that God exists and he is more than the universe. Since he is more than the universe I cannot imagine him physically.

And after this meeting, indeed, a joint journey started. The first person I wanted to introduce to you, sharing your story with, was Vera Brezhneva. Few days after you reached me and her being accompanied by your husband and your beautiful daughter Taya.

I don’t find the words to describe that afternoon: peaceful, easy and calm. Vera was so naturally warm and close to me. That day I realized your plan for me: you wanted my story to be widely known. That’s why introducing to positive celebrities and influencers would have helped. After Vera, with whom we became really good friends, you wanted me in the first row of another event where speakers were Ksenia Sobchak, Polina Kitsenko, Ravshana Kurkova, Elena Temnikova, Darya Maligina.

And that day you also met Sati Kazanova.

Yes, again because of you. It was like pure energy. From that moment, we became great friends.

Your second pregnancy happened with you already on the wheelchair…

Indeed. All I believe has started with the journalist Ekaterina Andreeva. She had read an interview of mine in a magazine and asked my mobile number to Andrey Malakhov, another good friend. She called me and said that if I wanted to be able to walk again, I had to call and meet Mana, a Chinese therapist of 86 years old.

You called him?

Yes. I met him in 2014, right after the Paralympics in Sochi. Katja went with me. Although very old he personally lifted me upstairs, to his apartment, seated on the wheelchair. And he kept doing it twice a day - at 6 am and at 6 pm - for the following six months.

Six months, twice a day?

Yes, that was his condition to accept me for the treatment: in every session he would had put 120-150 needles in my body. He stated: “maybe I can help you”. We began at the end of March. I was driving myself to him with my daughter Taya.

And Alexey, your husband?

He was paying for that expensive treatment (laughing).

Were you feeling better?

I was so involved by many actions and institutions, like the City Hall and the Ministry of Health, that six months passed quite quickly. At that moment, as agreed at the beginning, a one month break was expected before starting the treatment again for another semester. Greeting me, he said: “Ksenya, just be aware that a side effect of this treatment is usually pregnancy”.

And?

I discovered that I was pregnant. It was a surprise not only for me but for all the doctors around me. Since I wasn’t feeling well, with my belly and my breast growing, the doctor prescribed an ultrasound. The result was that I had been pregnant for three months already. The ultrasound, by the way, was necessary for a planned operation that - because of the baby - was never done. The doctor said: “it is only possible with you, Bezuglova!”

Are you still in contact with Mana?

During the pregnancy, we had a phone call. He told me that he was happy for me. Afterwards I tried to contact him but his number wasn’t reachable. I asked Katya Andreeva because she used to meet him every day. She said that he disappeared and that he probably went back to China to end his life there with children and grandchildren.

Although I believe it is still a painful topic, I would like to discuss that day, the 28th of August 2008 when a terrible car accident in Vladivostok area changed your life.

I got married to my husband on the 19th of August and once a year, in the same month, we used to celebrate our wedding anniversary in our hometown. In 2008 we flew there few days before 28th of August.

Do you have clear memories about your beginning of that day?

I remember this day very well. I woke up at a sunrise, at around 4 am, because I had a terrible back pain in the place where I broke it later and I wanted to make some yoga and exercises for my legs. We were a big group of relatives and friends, around 25 people, and we had decided to spend a few days close to the sea, in the tents, next to the Chinese border. This is a reserved area, quiet and peaceful and no people were there except us. I made many asanas for my legs and then I went swimming.

What happened later?

After breakfast, since we had to reach the ferry to come back to Vladivostock, we packed everything and moved. I was with Aleksey in one of the four cars. The sun was very hot and, in the middle of the road, we decided to stop near the beach to go for a swim. Because of my pregnancy and of the heat, I decided not to leave the car waiting for them inside. At a certain moment Aleksey’s grandmother started to say that we were late and risking to miss the ferry and everyone jumped into the first available car. Since my car was already full of people, Aleksey took a different one.

But the car he was driving was moving before yours…

Exactly, and his sister Katya was driving the car where I was in. It was a very curvy road and, because of the serpentine, in front of us there was a very old red Russian bus. A lot of smoke was coming out of it and it was hard to drive behind it. We were struggling even to breath because of the smoke. Aleksey overtook the bus quite quickly and Katya wanted to do the same right after him. But the manoeuvre was made in the wrong moment, the car lost its balance and started to turn over. Three or four times.

Aleksey saw everything in real time?

Everything. From the back mirror. He screamed, stopped and reached me running out of his car. Everybody flew out from the window except me. Half of my body was out of the window with my legs on the back seat. Instinctively I tried to stand up but I couldn’t move. I understood that my spine was broken. My hand didn’t have skin anymore and my bones stuck out.  

A nightmare…

I remember every second: my blood was spreading out on the floor and I was holding my stomach with my left hand, which was completely in blood as well. My stomach and my back were hurting. I have a clear memory: people coming from the red bus standing in from of me with cigarettes between the teeth and, a few minutes later, trying to pull me out. I screamed several times: “Please don’t touch me”. I never lost my consciousness.

Who did assist you?

When I saw the ambulance I was more scared: a countryside ambulance that didn’t have anything. The doctor gave Aleksey some bandages and asked him: “Do you know how to do it?”. During the road everything was shaking. It was very painful.

At the hospital the moment that still shocks me…

Aleksey told them that I was pregnant and that all the actions had to be discussed. They twisted a finger at a temple, “What child? We might not be able to safe even her as we don’t have the medical abilities to properly help her”. We had a few hours to find blood and doctors for the spinal construction. It was a holiday and evening time. At that moment, my only thoughts were about the baby.

Did you feel the baby was save?

Yes. We convinced them to call a gynaecologist. The ultrasound has shown no any problem for the baby. Everything was miraculously good because I was pregnant since 3 months only. We made an X-ray covering the stomach. Although pain killers were needed I didn’t agree to take them in order to protect my pregnancy.

Your spine?

At night they found blood and two surgeons came for the spinal construction. They had only a few hours cause my spinal bones were broken in two areas. With this injury, it was impossible to live for more than a day. They put me on the surgical table and I was lying on my stomach. I knew that they would make narcosis and I was waiting for this the most. Because at that moment I was already so tired from this pain, that the most important thing was to fall asleep and not to feel it anymore. I saw these two doctors they were very young. They were smiling. When they looked at me they said: “You are beautiful!” I wished them good luck. The operation lasted 8 hours.

Which is your first memory after the operation at your spine?

I remember tubes in my throat and they slapping me very hard cause I couldn’t breathe by myself. For two hours they couldn’t make me breath but afterwards I finally woke up. They were all very happy.

What did the doctors tell you?

“Now you have to fight for your life”. Aleksey came and told me as well: “You need to fight. I will be with you no matter what”.

The day after?

They brought me by helicopter to Vladivostok. Children were running around me when I was moved out of the hospital. When they put me on the grass, ready to enter the helicopter, these children came up and looked at me screaming: “She is beautiful!”. It was a flight with the hope to be healthy again. I spent another month in the intensive care unit.

The pregnancy? Your legs?

Almost every day, all the doctors came to me and they were trying to convince me that I needed an abortion. They told me that narcosis was very strong for my operation and that I was very weak. That the stomach would grow and would press on the place where the spine had been broken. They were telling me that if I hadn’t started the rehabilitation process quickly because of the decision not to abort, I would probably never be able to walk again.

The idea of the doctors was that with a proper rehabilitation you would walk again?

Yes, most likely they were sure.

But you never had doubts about the pregnancy and the fact that you were basically choosing not to walk again?

Never? I thought only about the child, I didn’t care if I could walk or not. I had to keep the baby. If God didn’t take her away, when the accident happened, I didn’t have that right as well. As any other person around me. That child had to be born.

After Vladivostok finally in Moscow again.

Finally, at home. Next to my bed Aleksey placed a big notebook, a kind of diary, with my daily schedule. I was waking up at 7:30 training mostly the whole day in the bed. Months were slowly passing: October, November, December, January. I was watching «Модный приговор» (“Fashion verdict”) with Evelina Khromchenko on TV caressing my growing day by day belly: Taya, my first daughter, was ready to come to my life.

Was it difficult to be pregnant and, at the same time, to struggle to come back to an acceptable life again?

Quite often, especially at the beginning, gynaecologist used to come to study my case: my story was unique in their career. they wanted to observe me, investigate and think. Another crucial point was the moment I would give birth: “How will she do it?” was a frequent question.

And that time came…

February. Aleksey’s stepfather had made a huge stretcher specially for me. I was brought on the plane on it and again moved now to the hospital. Friends came and lifted me up together with Aleksey and moved. On February 18th Taya was born and she was completely healthy. It was a liberation for the doctors and our families: till the very end nobody, except for me, was sure that the baby was ok, without  disabilities.

When did you sit for the first time and what memories do you have of the following period?

After giving birth I sat down. Once at home we were just lying together in bed because a small child only sleeps and eats. And I had everything I needed around my bed.

When the wheelchair appeared in your life?

Very soon. One day I wanted to go for a walk and I decided to order a wheelchair in the internet. It was an amazing stroll, because I felt this freedom again although the way people were looking at me was a new big first stress for me.

How is the world from the wheelchair?

When Aleksey used to lift me up on his arms I was really scared, because it was very high for me. I started to think how people aren’t scared by such height (smiles).

Tell me about the day, in Rome, when you were awarded Miss Vertical, the equivalent of Miss Universe for the women on wheelchair.

One day my friend Oksana called me saying: “I sent your pictures and videos to Rome for a world beauty contest”. I said: “I’m not interested. Beauty contests are for beautiful, young and silly girls. I’m an adult, I’m serious, I have a daughter, I’m intelligent. Why do I need this beauty contest?”. The following day in the rehabilitation center I sarcastically said it to my doctor and she replied “You will go”. Shyly and confused I told her: “Nobody needs me there, I will have to pay for tickets, hotel, I don’t even have a visa or a passport.” She said: “You will have everything.” And after a week I had everything and I landed in Rome. I told Aleksey and my mom that I was leaving for a social event without many details. A few days later, I would have brought the crown to Russia.

What happened there?

When I’ve seen people from the US, from Portugal… For them it was very important to win. I just wanted to watch, it was interesting for me to experience a fashion show. It happened that I have found myself among the 7 finalists but I didn’t even think to appear on the scene again. They started to announce the winners and I was just looking at my phone. A girl whispered to me: “You’re the winner!”. I said: “What?” She confirmed: “Yes”. At that moment, I heard: “And the winner is Ksenia Bezuglova!”. That was the moment of my life when I felt more feminine than before. From that moment I started to get invited to the Fashion Week acting as a real model. Moscow, New York, Milan… that’s how fashion brands appeared. And when I got the first contract I felt very proud of myself, because in our family Aleksey earns all the money.

How was life in that period?

Everyday a trainer used to come to my house. I was able to stand up using special orthosis and my only goal was to get rid of the wheelchair. I wanted to walk again. It was a very hard work till the moment I succeed in reaching my rehabilitation center by taxi, without a wheelchair.   

But?

But a day, in 2010, I was coming back to my apartment and, getting out of the lift, I fell down breaking my left leg in 3 places. Again operation and again narcosis. I was asking God: “Do you want me to sit?”. I tried to react and with a new construction, I stood up again. But again, for the second time, I felt down breaking my right leg.

Your Via Crucis was not over…

Yes, 3 months had passed and, after having succeed in standing up again, I broke my legs 4 times.

What did you think?

Simply that I couldn’t do it anymore. I decided to have a break and to leave Moscow for a while. I went to Crimea in a city well known for rehabilitating disabled people. Seeing so many disabled people all together was shocking! I was still not considering myself disabled: I thought “they are disabled but I will stand up soon”. But every day more, I have started to have a strange feeling.

What do you mean?

Their eyes were shiny, they were enjoying life, hanging out, smoking a cigarette, visiting parties. They looked very differently than me. They tried several times to involve me: “Ksenya, let’s go parting and dancing!”. I was saying: “No, sorry. I’m very busy at the moment”. Busy with my book (she laughs). The point is that I was intrigued by them and I was wondering: “what do they do at a night club of the city?”. One day I couldn’t resist anymore and accepted their invitation to visit the club together. That was the day I have opened my eyes. I saw happy people, truly happy. They were dancing. One guy jumped out from the wheelchair and was dancing break-dance. One couple close to me were kissing each other desperately. I was looking and I couldn’t believe. I understood that they were living. I understood that I wanted to live like them, enjoying every day without expecting anything. These people became my friends because they accepted me as I was.

What happened when you came back home?

Once in Moscow I told Aleksey that we could split in that moment if he wouldn’t have accepted me for who I was. He said “You gave up.” It was a very complicated period, almost a year we lived in a very complicated relationship. He had his own life, I had my own life.

Something changed in you...

Yes, I really had accepted myself. Everyone should to that: it doesn’t matter if you are obese, without an arm, etc: if you want you can be a queen or a king inside.

I am sure that you motivate many people every day

Sometimes extraordinary stories happen around me. The First channel was broadcasting my interview with Julia Menshova and in the same moment in Barnaul one girl with 2 children was close to commit suicide. Her husband cheated her and left her. The grief was so big that she decided to throw herself from the window. She sat her children in a room, turned on TV and went to the window. Some of my phrases in TV drew her attention and she decided to listen till the end. She first hesitated. She started to cry, walked back and hugged her children. The same night she wrote me a huge letter full of emotions. One year later, she sent me a photo with her new husband and a new baby was coming. There are a lot of stories like that. I always say “you need to start accepting yourself and the situation”.. After that you can, step by step, work on enjoying life again.

And if it doesn’t work?

If you just feel bad, if you have a depression, start helping people around you. You will feel their gratitude and your happiness will grow again. They charge the battery of your happiness.

How’s your day in Moscow?

I wake up between 7:30 and 8. I prepare Taya and drive her to school. I spend the majority of my time at home, especially in the last 5 months (Nikita, her third child, is exactly 5 months old). The last two years were very intense for me: a lot of work, flights, meetings. I join of course important events and follow my foundation’s activities.

Do you practice any sport?

I love extreme sports: parachuting, wake-boarding, aero-tube and skiing as well. As soon as I finish the breastfeeding phase, I will start again to train: I want to get myself in shape (smiles). 

Although generalizing is not completely fair, please mention two-three things about Russians that are true and two or three things which are not true.

In Europe they often say that Russians drink a lot. This is not true: there are people and countries which drink much more. People say that Russians are very lazy and I believe that this is true. Obviously not all of us, but this is a kind of general attitude we have. Russians don’t smile… this is true. When I’m relaxing at the beach with the kids, I look at people and try to guess from which country they are.… the most serious ones are from Russia!

When and how did you start again to drive after the accident?

After Miss Vertical, in 2013. I flew to Thailand for the whole winter with Taya and there was a guy on a wheelchair who used to drive an absolutely normal car pressing sticks to the pedals with his hands. I asked him: “How do you do it?”. He replied: “This is very easy. Sit down and try.” I was unwilling but he insisted “Come on!”. He was on a wheelchair for a long time already and showed his experienced. I sat down and I liked it. I started to drive also in Moscow. Driving is important in my life, it’s my independence, my freedom, it’s the way for me to be where I want to be.

A typical question for this column: what do you think about death and afterlife? You were so close to die…

That’s a very good question that no one has asked me so far. The accident and what happened later made me often think about the sense of my life. If before I used to live and focus only on the present, then I understood the importance and the responsibility to leave something remarkable for further generations. I spend my days with the long-run goal to make them proud of their grandmother. I am not afraid to die because I have already something to be proud of, my small fingerprints in the history. Social life and social politics in Russia have changed a lot since I am on this wheelchair. And about afterlife, well, I believe in afterlife. I imagine my soul taking a rest for a while and then coming back to Earth to learn more and to become better.

In your dreams you are on the wheelchair or you walk?

I stand. And when I wake up I think: “Wow! What a dream!”. In my dreams I dance as I used to do for 16 years of my life.

What do you miss the most of your legs?

Not being able to dance and walking barefoot on the sand along the sea.

Ksenia, what sex is for you?

Something amazing. Before the accident sex meant a lot to me but afterwards all changed. A distance grown up between me and my husband: we became strangers to each other but our souls were closer. Over the time we understood that the problem was in the head. One day Aleksey told me that he married a different woman. “I don’t know you now”. He was the last person who accepted me. Even now he hasn’t accepted me completely: he still waits for a miracle. But sex, in a different way, is also important now. What I saw in Crimea tough to me that nothing is impossible: the girls I found there were telling me about relationships with different guys, on the wheelchair as well. I was always asking: “How?” and it was very interesting for me. If you like the person no disability can block the physical feelings. Handicapped people have regular sex!

Three people you would like to meet?

I would like to meet Vladimir Vladimirovich Putin in a one-on-one meeting to tell him how disabled people really live in our country and to plan actions that make their lives better. From my childhood, I would like to meet Madonna, the best example of a self-made woman that I would like with me in some projects. And I would be happy to meet Leonardo DiCaprio. I think he is an amazing actor.

How did you feel during this interview?

It was the most pleasant interview in my life. I told you everything and honestly.

Опубликовано в журнале SNC №107 – май 2018. 




Молодец Ксения?

В тренде: сапоги в ковбойском стиле
9 часов назад
В тренде: сапоги в ковбойском стиле
Знаем, знаем – об осени сейчас хочется думать меньше всего. Но мы придерживаемся правила: предупрежден – значит вооружен. Поэтому, рассказываем о сапогах, в которых будут ходить все в новом сезоне. Будьте первыми!
Нарисовались: Эмма Стоун, Хлои Моретц и мейк, вдохновленный единорогами
10 часов назад
Нарисовались: Эмма Стоун, Хлои Моретц и мейк, вдохновленный единорогами
Мы поймали двух актрис Голливуда с макияжем глаз в розово-голубых тонах и решили выяснить, кто в погоне за единорогом достиг успеха, а чей мейк нам точно повторять не стоит даже на детский утренник.
Звезды, о личной жизни которых давно ничего не слышно
10 часов назад
Звезды, о личной жизни которых давно ничего не слышно
Находясь постоянно «онлайн», сложно избежать бесконечного потока новостей о личной жизни звезд. Мы переживаем за отношения сестер Хадид, плачем на свадьбе Кита Харингтона и путаемся в количестве бойфрендов Тейлор Свифт. Но о личной жизни некоторыех знаменитостей уже давно забыли.
Как перестать расстраиваться из-за неудачных свиданий
13 часов назад
Как перестать расстраиваться из-за неудачных свиданий
Мы живем в эпоху интернет-технологий и знакомств в приложениях, поэтому от свиданий в реальной жизни часто получаем одни разочарования. Можно ли этого избежать?
Модная съемка: цветные сны
14 июля 2018
Модная съемка: цветные сны
Если белый холст приравнивают к новому витку в жизни, то белое платье это вовсе не про невинность, а красивый летний загар! Надевайте белое с яркими крупными украшениями или неприлично крупными камнями.
Гороскоп Овен
(21.03 - 20.04)
Общий прогноз 9-15 июля
Самое главное на этой неделе знаете, что? Правильно, солнечное затмение, которое произойдет 13 июля. Рано утром по Москве. Видно его не будет – можно специально не просыпаться, и это, кстати, хорошо. Потому что, когда Солнечное затмение проходит по стране, то в течение трех лет после этого там случаются какие-то перемены. Социальные или финансовые встряски, природные катаклизмы. На этот раз обойдемся без этого всего.